Баги 4.13.1

[Vadim V]

Сообщение от Vasya

Это как?
Скрин документа?

Сам в архивах не сижу. Полагаюсь на Родионова. Цитату привел из отчета по испытаниям ЛаГГ-3.
Согласуется с воспоминаниями инженера пр испытанмям Рабкина.

Сообщение от Vasya

большинство произведённых самолётов во время войны были не только отсталы технически, но и потому что их конструкция и материалы были малопригодными для использования в боевой авиации. Флаттер так же был одной из причин больших боевых и не боевых потерь.

До чего игрушка доводит..

я приверженец *немецкого сумрачного гения*

Только гений может из метплла делать лаптежники, а из фанеры ме-163

[Vasya]

Сообщение от Vadim V

Сам в архивах не сижу. Полагаюсь на Родионова. Цитату привел из отчета по испытаниям ЛаГГ-3.
Согласуется с воспоминаниями инженера пр испытанмям Рабкина.

До чего игрушка доводит..

Только гений может из метплла делать лаптежники, а из фанеры ме-163

Я мурзилки рус-испытаний не считаю документами на которые можно ссылаться в своих утверждениях.
Какая вас игрушка доводит - мне не ведомо - видео не смотрел.
Действительно - только грамотные проектировщики и инженеры могли сделать планер Ме-163, который был частично из дерева(в силу множества причин которые были следствием приближающегося поражения 3 Рейха), но при этом сам самолёт был расчитан на скоростя которые превышали 1000 км. в час.
-----------------------------------------
П.С. Дисскусии на темы советского самолётостроения с вами больше не веду. Потому как считаю советские документы испытаний авиационной техники - российской и зарубежной - не заслуживающими доверия.
Документы испытаний самолётов - американские, английские и немецкие - более достоверны и более точно отражают "истинные" ТТХ моделей крафтов времён ВМВ.
Можете считать моё мнение предвзятым - в силу определённых событий в совремённом мне мире, в том числе.
Всего вам доброго!
П.С.2

Николай Подосокорский
24 вересня о 18:09 ·
Академик Петр Капица: "В отличие от английского наш инженер получает очень широкое образование. У английского инженера кругозор уже, но когда его наблюдаешь в работе, то видишь, что он гораздо прямее, непосредственнее подходит к задаче и быстрее получает результаты. Между тем наш чувствует себя неуверенно и долго «плавает» перед тем, как взяться за дело. Убедить нашу профессуру, что нельзя таким бесконечным винегретом набивать голову студенту, — безнадежное дело, так как большинство самих профессоров в жизни занимаются только коллекционированием статей, формул, ссылок и того же требуют от студента. Пример того, как учат нашу молодежь, хорошо обнаружился на одном экзамене у нас в институте. Экзаменовался на аспиранта молодой инженер — отличник Менделеевского института. Я экзаменовал его так:
— Какие книги вы читали к экзамену?
Он называет 5–6 подходящих книг.
— Какая вам больше всех понравилась?
После некоторого раздумья он называет одну из них.
— Какая глава в этой книге произвела на вас наибольшее впечатление?
Он думает, неуверенно называет.
— Возьмите книгу в руки, откройте эту главу и расскажите, что вас наиболее заинтересовало в этом вопросе и почему?
Полное затруднение. Молчание.
Экзамен явно прошел неудачно. Он мог бы ответить на любой вопрос по программе, но ответить на вопрос, который он сам себе задает, не умеет. Конечно, такой человек не годится в ученые.
(1939 год)